Гражданская инициатива

За бесплатное образование и медицину

Доброта со скидкой

03.08.2013

Доброта со скидкой

Прикованных к постели инвалидов в Приамурье лишили медицинского обслуживания на дому. В Благовещенске 49 лежачих инвалидов первой группы остались без патронажной медицинской помощи. Медицинские сёстры перестали посещать участников и инвалидов войны. Войны, которую мы почтительно именуем Великой и Отечественной. На чиновничьем языке прекращение патронажа называется «оптимизацией». По сути же этому трудно подобрать определение, которое звучало бы мягче, чем «предательство».

Помогите мне жить

«Трёшка» на пятом этаже панельной пятиэтажки десять лет без косметического ремонта. Блеклые обои, облезлый потолок и линялый линолеум на полу. На диване лежит женщина, накрытая простынёй едва ли не подбородка. Из «живых» у неё остались руки и голос. Да глаза, полные мольбы и боли.

Татьяна Василяускене лежит уже десять лет. Говорит, что ходить перестала в результате неудачной медицинской манипуляции, пыталась судиться с врачами, но бросила эту затею на полпути. Не хватило сил и денег.

– Кто меня будет таскать на эти суды, да и услуги адвокатов не по карману, – тихо говорит она.

Живёт Татьяна Герольдовна вдвоём с дочкой. У её Кристины детство закончилось в тринадцать лет – в тот день, как мать слегла. Они вдвоём едва отбились в судах от отца-алкоголика.

Кристина сегодня перешла на пятый курс Благовещенского педуниверситета, её учебу мать называет не иначе как чудом. Помолчав, тяжело вздыхает:

– При нашей-то нищете…

Их совокупный доход – пенсия инвалида первой группы бессрочно и стипендия студентки университета – составляет 17 тысяч рублей в месяц. Из них около пяти тысяч уходит на оплату коммунальных платежей и телефона.

С голоду не даёт умереть давняя подруга Татьяны Герольдовны, у которой сегодня есть собственный бизнес, душа и совесть.

Их единственный спасательный круг – это государственное бюджетное учреждение «Доброта», структурное подразделение регионального министерства защиты.

«– Возраст и болячки просто уже сильней, чем фашисты на фронте. Два месяца уж как медик порог моей квартиры не переступает. И никто ничего не объяснил, – беспомощно разводит руками старый солдат»

Там для таких, самых незащищённых и беспомощных, на протяжении почти двух десятков лет работало медико-социальное отделение. По договору с казённой «Добротой» тяжелобольных людей три раза в неделю посещал соцработник, три раза в неделю приходила патронажная медсестра.

– Она обрабатывала пролежни, давление мерила, уровень сахара измеряла. Во всех медицинских вопросах была мне первым советчиком и помощником, – говорит Татьяна Василяускене.

Последний раз медсестра приходила к Татьяне Герольдовне 8 мая этого года.

Сильнее фашистов

Остался за бортом медицинского обслуживания и 89-летний инвалид Великой Отечественной войны Василий Ключников.

– Я одинокий человек, жена умерла, сын живёт в другом городе. Представляете, как мне трудно жить? Возраст и болячки просто уже сильней, чем фашисты на фронте. Два месяца уж как медик порог моей квартиры не переступает. И никто ничего не объяснил, – беспомощно разводит руками старый солдат.

Ольга Зиновьева много лет заведует отделением социально-медицинской помощи городской «Доброты». Она прошагала все ступеньки социальной службы. Начинала социальным работником, затем получила специальное образование, своих подопечных называет родными людьми.

– Я к ним душой прикипела. Ну как их можно бросить? Как?! Но наше начальство так не считает, – машет она рукой.

Все работники этого отделения получили уведомления о сокращении штатов. Здесь избавляются от прилагательного «медицинское».

«– Я к ним душой прикипела. Ну как их можно бросить? Как?! Но наше начальство так не считает, – машет она рукой»

Социальное начальство Приамурья в лице министра соцзащиты Нины Санниковой категорически не согласно, что качество жизни у тяжелобольных в городе Благой Вести стало хуже:

– Социальный работник у них остаётся. Поймите, медицинское обслуживание – это не наш профиль. Мы не пройдём лицензирование на этот вид услуг, требования очень жёсткие, мы их не сможем исполнить. Вот поэтому и принято решение о сокращении этого отделения.

Чиновники уверяют, что немощные будут находиться под патронажем поликлинической службы городского здравоохранения. И всю необходимую помощь нуждающиеся будут получать в полном объёме. Вылечат всех.

Без малого три месяца прошло, как медсёстры из «Доброты» престали приходить к своим пациентам, а медсёстры из поликлиник так и не спешат переступить порог их жилищ. Бедолаги попали в зазор межведомственного бардака.

Общение по тарифу

Всю работу, которую выполняют на дому социальные работники, инвалиды оплачивают из своих скудных пенсий. Всё по пунктам и до копеечки. С каждым заключены специальные договоры. Цены показались небольшими. Для меня, работающего…

Некоторые услуги, указанные в прейскуранте, мягко говоря, вызывают недоумение: «Оказание психологической помощи (беседы, общение, выслушивание, подбадривание) – 24 минуты – 19 рублей 70 копеек». Всё прозрачно и чётко: работа, время, тариф. Возможны ещё бонусы, скидки, акции. Современно и по-деловому. Но причём здесь доброта?

– Этим пунктом никто никогда не пользовался! А с другой стороны, как нам повышать скудную зарплату наших работников? Те же медсёстры от нас увольняются, в социальных учреждениях зарплата у них на порядок меньше, чем в медицинских. Таковы регламенты, – говорит Олеся Зубанова, директор ГУ «Доброта».

«»Оказание психологической помощи (беседы, общение, выслушивание, подбадривание) – 24 минуты – 19 рублей 70 копеек»»

В этой бюрократической возне забыли о главном – о человеке. О человеке больном, человеке беспомощном, ведь многие из «реформированных» амурской соцслужбой не способны даже вызвать себе неотложку. Глухие, слепые, парализованные. Их мольбы и крики не слышны на главной площади Благовещенска, у парадной областного правительства. Их сорок девять избирательских голосов – это сущая арифметическая погрешность даже в нашем дальневосточном малолюдье.

– Денег нет, бюджет дефицитный,– привычно разводят руками региональные власти. Кстати, содержание амурских чиновников обошлось в 2012 году налогоплательщикам в 700 миллионов рублей. Только на содержание так называемого аппарата регионального парламента за минувший год налогоплательщики заплатили более 100 миллионов рублей. Содержание спикера обошлось областному кошельку в 2,185 миллиона рублей, в 11,3 миллиона стоило содержание пяти депутатских кабинетов. Более высокие аппетиты у региональной исполнительной власти: 232 миллиона ушло в 2012 году на содержание её аппарата.

Средняя зарплата соцработника 10 тысяч рублей в месяц, на 1,5 ставки. Без праздников и выходных.

… В Благовещенске населения, включая временно проживающих, примерно 220 тысяч человек. Из них – только 49, прикованных к постели, нуждаются в помощи города. Получается, что более двухсот тысяч человек отвернулись от пяти десятков самых слабых. Кто мы после этого? Общество? Сомневаюсь.

Компетентно

Геннадий Даниленко, руководитель Росздравнадзора по Амурской области:

– Сегодня все вопросы медицинского лицензирования переданы региональному министерству здравоохранения. Я считаю, что социальная и медицинская помощь инвалидам с тяжёлыми заболеваниями должна быть неделимым сегментом. Это мировая практика.

Фото: yandex.ru

Александр Ярошенко

Рубрика отражает субъективную позицию автора и не является продукцией информационного агентства «Амур.инфо

http://www.amur.info/column/2013/08/01/

Добавить комментарий