Гражданская инициатива

За бесплатное образование и медицину

We don’t need no education?

27.11.2012

We don’t need no education?

Людмила Бычкова

Недавно я побывала на родительском собрании в одной из московских школ. Посвящено собрание было созданию так называемого образовательного комплекса — несколько соседних школ и детских садов объединяются в общую структуру.

Перед этим была проведена аттестация школ, а целью аттестации было определение такого крайне своеобразного для учебного заведения параметра как «рентабельность». Есть такое понятие как подушное финансирование школ. Если учеников в школе меньше требуемого уровня, школа признаётся нерентабельной. В нашем округе так и случилось — нерентабельной была признана одна школа, по чисто техническим причинам: школе пристроили новое помещение примерно на 600 учеников, а такого количества детей (а равно и требуемого количества учителей, как я понимаю) школе набрать не удалось. Тем не менее, даже рентабельным школам нельзя было остаться как есть, в виде отдельных самостоятельных единиц. Объединение происходит в обязательном порядке.

Кто от подобного объединения проигрывает? Очевидно, школы с углублённой программой. В первую очередь — языковые спецшколы. Если сейчас, до слияния, подушное финансирование английских спецшкол установлено на уровне выше финансирования для обычных средних школ, то после слияния оно сравняется.

Кроме того, есть вопросы к изменению школьной программы. Изначально идею создания подобных образовательных комплексов объясняли тем, что в этот комплекс будут входить школы разного направления.Так, в данном случае, школа, на собрании в которой я была, займёт социально-экономическую нишу, будет математическая школа, химико-биологическая. Бывшая «английская» станет школой лингвистического профиля. Упоминалось также спортивное направление. Я, грешным делом, подумала, что ослышалась, но соседка моя подтвердила, что слышала то же самое.

Уверяют, что качество «непрофильных» предметов не пострадает, что в ближайшие года два-три (а само объединение начнётся в следующем году) вообще ничего не изменится, но первые звоночки я уже услышала.

Школа, напоминаю, планирует развивать социально-экономическое направление. Очень большое внимание на собрании было уделено олимпиаде по истории, в которой принимают участие ученики данной школы. Причём проскользнул следующий пассаж «разумеется, важнее всего эта олимпиада старшеклассникам, но и детям из средних классов тоже очень важно попробовать в ней свои силы».

Небольшое лирическое отступление: не знаю, как проходит отбор на олимпиады сейчас, но в моё время они шли сплошным потоком по всем предметам. Я, в силу своего заметного выделения на общем школьном уровне, участвовала в олимпиадах по всем предметам, даже тем, которые у нас преподавались из рук вон плохо или отношения с преподавателями по которым у меня были плохими. Например, когда в один и тот же день меня направили на олимпиады по математике и литературе, это вызвало сильный конфликт между моими преподавательницами по соответствующим предметам, спорившими, куда же всё-таки меня отправить. Теперь же, из того что я увидела, детей ещё со средней школы готовят к специализации.

Также на данном собрании возник вопрос о сохранении педагогического коллектива. В данном случае всё происходит по мягкому варианту — коллектив обещают сохранить. То, что не везде это проходит так бескровно, очевидно — три месяца назад общественность всколыхнуло самоубийство попавшей под сокращение учительницы. И общество это проглотило — через неделю о ней уже и не вспоминали.

И ещё один аспект — уровень сливаемых школ. Так, в виденном мною случае всё довольно безболезненно — школы одного уровня, все находятся рядом, все друг друга знают. Но стоит слегка копнуть в интернете, можно наткнуться на кучу жалоб с одной и той же формулировкой «нашу сильную школу сливают с соседней слабой». Особенно интересно было бы узнать, как обстоят дела, например, в легендарной школе № 57.

Итак, от объединения проигрывают спецшколы и проигрывает общеобразовательная подготовка детей. Противоречия здесь нет — те же спецшколы в советское время давали углублённое изучение английского языка не за счёт других предметов (опять же, на олимпиаде по физике я однажды встретила знакомого из английской школы). Или, скажем, мой класс считался математическим, к гуманитарным предметам отношение было как к чему-то неважному и второстепенному, и то, мудрая преподавательница русского языка и литературы нам говорила: «математика — это замечательно и очень важно, но в любви-то вы не при помощи интегралов признаваться будете». То есть конечной целью и идеалом советского образования было воспитание гармоничной личности, золотой середины между Васисуалием Лоханкиным и винтиком-специалистом, не знающим ничего, кроме своей отрасли. Негласным девизом советской школьной программы можно было считать изречение Козьмы Пруткова: «Специалист подобен флюсу — полнота его одностороння».

Но даже если оставить ностальгическую лирику, можно увидеть ущербность подобного подхода. При подобном разбиении мы можем получить математиков, физиков, химиков, биологов, слабо знакомых с историей, социологией, экономикой, а, значит, плохо готовых к активной общественной жизни, отстаиванию своих интересов, умению анализировать происходящее в обществе. С другой стороны, очевидно, мы рискуем получить хрестоматийных гуманитариев из анекдотов, тех самых, про кого на луркморе пишут в статье «ГСМ». Прибавьте к этому то, что единственный пробел советской образовательной системы — слабое преподавание иностранных языков — данная концепция не исправляет, а усугубляет (а ведь любому хорошему специалисту, неважно, какого профиля, очень важно хорошо знать как минимум английский язык, чтобы читать первоисточники, чтобы поддерживать свой уровень), прибавьте тот самый загадочный «спортивный профиль» (я, к сожалению, не изучала вопрос, что сейчас происходит с ДЮСШ и школами олимпийского резерва, и почему вдруг этот спортивный профиль вообще возник), и поводов для пессимизма становится ещё больше.

Logo

Добавить комментарий