Гражданская инициатива

За бесплатное образование и медицину

Убийцы образования

02.12.2010

Убийцы образования

Медведев, увлеченный азартом своей начавшейся избирательной кампании, как кандидат в президенты РФ от партии «Правое дело» (бывшего СПС), озвучил новую тему обсуждения: некой «реформы политической системы». Это конечно можно обсуждать особо тему. Но пока создается впечатление, что он вбрасывает новые вопросы, чтобы все принимались за их обсуждение — и забывали как о его предыдущих малограмотных заявлениях, так и о тех своих начинаниях, которые он уже провалил.


Одной из первых тем, к которым он в свое время обращался — и как вице-премьер, и как президент — была проблема образования в стране. Годы идут, нелепость в сфере образовательных новаций сменяется нелепостью — но Медведев уже на новом участке, запустив разрушение одной сферы — он, для отвлечения внимания от своих провалов — запускает разрушение другой.

Вообще, чем больше представители российской власти обращаются к проблеме российского образования, тем больше становится ясно, что как минимум в этом вопросе, они либо не понимают ничего, либо понимают крайне мало.

То Медведев заявит, что в стране вузов слишком много и их нужно сокращать и укрупнять, то из Правительства начинает на высоком уровне ретранслироваться мнение Фурсенко, согласно которому в стране слишком много учителей (200 000), и число их нужно сократить, поскольку учащихся по демографическим причинам становится меньше. То объявляется, что судить о качестве подготовки должны работодатели и предприниматели — которые сами закончили учебу достаточно давно, а учитывая характер возглавляемого ими производства — если в чем либо и разбираются — то лишь в том, как наживать деньги торгуя ресурсами — но ни в коем случае не о том, как создавать и обеспечивать современное производство.

Сфера образования для российской власти — это некое обременение, вид благотворительности: зачем существует — не известно (им неизвестно), денег требует, а упразднить ее — неприлично. В самом лучшем случае их мысль поднимается до тезиса о том, что это — еще и производство «профессиональных кадров» для народного хозяйства.

Если говорить о Медведеве, уровень его представлений об образовании и проблемах последнего продемонстрирован как тем, что за время кураторства им соответствующего нацпроекта «Образование» для той же высшей школы кроме некоторых точечных решений не было сделано ровно ничего и ее материальное обеспечение осталось на прежнем полунищенском уровне, а зарплата преподавателей ниже зарплаты уборщицы в офисе средней руки, — так и его яркими высказываниями, вполне приближающимися к философской глубине афоризмов Грызлова.

Неоднократно упоминавшийся пример, когда на встрече со студентами Дальневосточного Университета в ответ на сетования по поводу низких стипендий, Медведев заявил, что, дескать, студенту не грех и подработать. И лично он сам, будучи студентом — еще и подрабатывал дворником, добавляя к своей повышенной стипендии в 50 рублей еще 120 дворницких.

Если предположить, что, говоря это, он не издевался открыто над задавшими вопрос, значит либо он действительно не знал, сколько сегодня составляет студенческая стипендия или не понимал, как соотносятся рубль брежневский и рубль медведевский (а их реальное соотношение по покупательной способности примерно один к двуста).

То есть разница между весьма небольшой стипендией студента в СССР — обычно 30-40 рублей (сегодня это 6 000 — 8 000) и сегодняшней — 1100-1200 очень простая. Если на советскую стипендию при желании можно было прожить, не подрабатывая, и подработка позволяла получить дополнительные средства на желательные, но в целом не необходимые расходы, то на сегодняшнюю прожить невозможно в принципе. И сегодняшний студент обречен на то, чтобы учась на дневной форме, еще и работать.

То есть, если он не является выходцем из более менее состоятельной семьи — он обречен на то, чтобы отказаться от полноценной учебы.

Соответственно, при той зарплате, которую власть — соответственно, в первую очередь Медведев и Министерство образования выплачивают преподавателям ВУЗов — последние обречены либо на нищету, либо на уже и собственную подработку в той или иной сфере.

Что объединяет в этом отношении преподавателя и студента — то, что и один и другой вынуждены подрабатывать. То есть — они вынуждены относится к своему месту в ВУЗе не как к неосновному месту в своей жизни, а как к чему то побочному, вторичному. Остаточному. Для первого преподавание перестает быть основным его делом — для второго учеба не является таковым.

Первый подрабатывает вместо того, чтобы готовится к лекциям. Второй подрабатывает вместо того, чтобы готовится к семинарам и экзаменам. И каждый — делает вид. Один, что учит, второй — что учится.

Если еще в какой-то степени они еще действительно учат, и действительно учатся — то первый в силу сохранившейся советской привычки, а второй — в силу любознательности молодости. То есть оба — вопреки тому, чего требует от них современная российская власть и реальные экономические обстоятельства.

Конечно, нельзя сказать, чтобы нынешняя власть была изначально виновна в таком положении вещей — создала его не она, а ее предшественники, людоеды гайдаровского призыва. Скажем, входивший в то правительство нынешний председатель РСПП Шохин прославился, как рассказывают, фразой: «Меньше студентов — меньше проблем». Но власть 90-х, предоставив образованию умирать, хотя бы не мешала ему выживать самостоятельно — и не вторгалась в непонятную ей образовательную сферу с некомпетентными и прямо глупыми инициативами — ЕГЭ, Болонская система, закрытие ВУЗов, сокращение учителей и т.п.и т.п.

То, что Медведев говорит об укрупнении вузов — в целом опять же лишь свидетельствует о том, что он не понимает того, о чем говорит. Крупные вузы решают одни задачи, малые — другие. Есть специальности, по которым осуществляется массовая подготовка специалистов. Есть специальности — по которым она носит выборочный и элитарный характер. Одной количество специалистов нужно в сфере экономки или компьютерных технологий, другое — в сфере политологии или искусствоведения.

Есть специальности, по которым существует переизбыток выпускников — экономисты и юристы, есть те, по которым их явный недостаток — те же инновационные сферы. Быть ВУЗу крупным или малым зависит даже не от общего числа учащихся в нем студентов, а от направлений подготовки, местности, где он расположен, качества подготовки. Крупный ВУЗ позволяет поставить обучение на поток, малый — индивидуализировать подготовку каждого студента. Крупный ВУЗ усложняет управление им, деоптимизирует расписание, бюрократизирует процесс принятия решений, сковывает инициативу кафедр. Малый — во многих случаях расширяет возможности экспериментирования и создает более свободную атмосферу.

Укрупнение ВУЗов может быть и полезно, и вредно. Во многих случаях оно и нужно. Но это не может быть стратегией — это лишь некий ситуативный прием.

У Медведева, впрочем, была и другая «инновационная идея» высказанная им на летнем Госсовете по проблемам образования. По его мысли, в стране вообще переизбыток специалистов с высшим образованием, тогда как нужны со средним специальным. Поэтому — нужно сократить подготовку первых — и расширить вторых, то есть — сделать акцент не на развитии Высшей Школы, а на техникумах. Правда — признается, что обучение в последних не пользуется уважением, не престижно. Отсюда — яркая мысль: чтобы повысить привлекательность обучения в техникумах — разрешить и выдавать дипломы о квалификации бакалавра. То есть — для сокращения численности специалистов с высшим образованием — готовить их еще и в техникумах. Тоже показательно для характеристики уровня понимания проблемы.

Не менее блистательна идея сокращения числа преподавателей ввиду сокращения числа учащихся. Формально, как будто бы, так и должно быть — меньше работы — меньше работников. Но именно такой подход и проявляет примитивность мышления и непрофессионализм руководителей образовательной сферы.

Если число учащихся уменьшается, тогда как число учителей остается прежним, то получается что на тоже самое число учеников приходится больше преподавателей. Вот это страшно угнетает власть и руководителей образовательной сферы. Во-первых, с точки зрения бюрократической. Во-вторых, с точки зрения финансовой.

Ведь выходит, что придется на одного человека тратить больше средств. Поскольку с их точки зрения — образование, это благотворительность, то есть — непроизводительная трата денег, то значит, больше денег будет тратиться непроизводительно. Прямая потеря ученика. Куда лучше те же деньги отдать в поддержку того или иного придворного банка — с целью помощи «кровеносной системе экономики». Хотя спорно — то ли кровеносной, то ли кровесосущей.

Того, что это возможность больше инвестировать в каждого отдельного учащегося — и сделать его подготовку более качественной — они понять не в состоянии просто в силу уровня своего интеллекта.

Мысль о том, что сокращение увеличение числа преподавателей на одного ученика — не беда, а благо, — просто не приходит в голову. Сразу пугает то, что их может казаться больше, чем в странах Евросоюза. Простое положение, что чем больше учителей на то же число учеников — тем лучше, и что обычно ограничивают число этих учителей исключительно финансовые возможности, тогда как в нынешней ситуации у России есть возможность это число увеличить, не увеличивая расходов, — остается недоступной.

Строго говоря, желательное число учеников в классе (или студенческой группе) — это 5-7 человек. Более или менее нормальное — до 15 человек. Это — то число, при котором на уроке либо семинаре преподаватель может, хотя бы немного поработать с каждым Реально, во многих школах число учеников в классе доходит и до 40. Нормативной студенческой группой считается 25 человек. Все, что свыше 15 человек — это всегда то, или те, с кем преподаватель работать на уроке или семинаре не будет. Те, кто будут скучать, бездельничать и остывать к самому процесс учебы. То есть, чем больше человек в классе или студенческой группе — тем хуже образование. Чем меньше — тем больше шансов улучшить образование. Проблемы с демографической ситуацией — позволяют улучшить образование без повышения расходов.

Власть настолько некомпетентна и чужда этой сферы — что даже такую простую вещь понять не может.

Как не может понять и того, что сокращение числа преподавателей сегодня под новое число учеников, рождает как проблему трудоустройства сокращенных преподавателей — то есть требует новых расходов, так и означает потерю кадрового корпуса педагогов. При последующем новом увеличение числа тех же учеников. То есть сегодня предлагается разогнать кажущихся «лишними» педагогов, чтобы через два-пять лет в панике искать, где их взять вновь.

Мысль власти блещет — как безграмотностью и тупостью суждений, так и неспособностью увидеть что-либо дальше двух-трех бюджетных лет. Кроме возможно одного — будущих выборов. На которых, как и на последующих, Медведеву и его амбициозному окружению, не нужны грамотные люди — ему нужно послушное электоральное стадо, которое придет на участки, не думая и не рассуждая, но готовое единообразно проголосовать так, как будет указано нынешним наставником этого кандидата в президенты от партии «Правое дело» — Светланой Тимаковой.

Сергей Черняховский

http://www.apn-nn.ru/541425.html

Добавить комментарий