Гражданская инициатива

За бесплатное образование и медицину

Второе открытое обращение к коллегам бывшего сотрудника Марийского государственного университета Маланова Сергея Владимировича

20.01.2017

Источник: Гражданская инициатива за бесплатное образование

Автор: Сергей Маланов

Второе открытое обращение к коллегам бывшего сотрудника Марийского государственного университета Маланова Сергея Владимировича

В связи с откликами и комментариями на первое обращение:

http://netreforme.org/news/otkryitoe-obrashhenie-k-kollegam-byivshego-sotrudnika-mariyskogo-gosudarstvennogo-universiteta-malanova-sergeya-vladimirovicha/;

http://7×7-journal.ru/post/88446#cm_622140

Что послужило основанием для публикации моего первого «открытого письма к сотрудникам Марийского государственного университета?

Причиной послужили действия ректора Марийского государственного университета М.Н. Швецова, которым были подготовлены и созданы условия для того, чтобы уволить меня, как неугодного сотрудника, позволявшего себе критично относиться к его кандидатуре и публично обсуждать причины такого отношения с коллегами. Я негативно относился к необоснованной отмене выборов ректора и назначению на эту должность М.Н. Швецова. Также я критично относился к тем формам организации деятельности вуза, которые начали внедряться «командой» М.Н. Швецова с момента его назначения. На мой взгляд, М.Н. Швецов крайне сомнительная кандидатура, которая снижает репутацию и нравственный статус университета.

Считаю, что я имею право на подобные суждения и оценки, поскольку учился, а затем работал в двух, теперь уже объединенных вузах Йошкар-Олы с 1984 года. Наиболее тесно я был связан с двумя факультетами. Сначала с Факультетом физической культуры (ФФК) тогда еще в МГПИ им. Н.К. Крупской, где я учился и куда был приглашен работать в качестве ассистента, а затем преподавателя. А после защиты диссертации – с Факультетом психологии и безопасности жизнедеятельности (ФПБЖ) в МарГУ. С момента открытия в МарГУ специальности «Психология» в 2000 году под руководством А.Г. Смирнова мы с коллегами 8 лет шли к открытию этого факультета, от которого в течение последних 4-х лет была безжалостно уничтожена даже память! Например, на обновленном сайте Вы не обнаружите никаких следов открытия специальности и факультета! Старый сайт МарГУ, и сведения о ФПиБЖ, просто исчезли из сети.

Первые шаги к уничтожению факультета были сделаны еще при В.И. Макарове – предыдущем ректоре, возглавившем слияние двух вузов – МГПИ и МарГУ. Это привело к «первой волне сокращений и объединений кафедр». Я в тот момент работал заведующим кафедрой Общей психологии. Затем после массовых сокращений – заведовал кафедрой Общей и прикладной психологии. Когда заведующих лишили возможностей влиять на принимаемые кадровые и организационные решения, я ушел с должности, которая стала номинальной и могла дать только прибавку к зарплате за реализацию безнравственных решений.

С назначением М.Н. Швецова была запущена волна второго уже полностью безрассудного сокращения факультетов, кафедр, сотрудников. При этом администрация перестала считаться с мнениями коллективов, с интересами научной и образовательной деятельности. Основной задачей становилось написание «грамотных» отчетов и грамотного оформления документов к всевозможным проверкам, а также бессмысленная гонка за формальными количественными показателями.

Когда оглядываюсь назад и вспоминаю своих Учителей, трудно без гнева оценивать те масштабы разрушений, которые произвели «успешные менеджеры». Приведу несколько свежих примеров. С сентября этого года на ФФК (теперь это Факультет физической культуры, спорта и туризма) закрыта еще одна кафедра – Кафедра спортивных дисциплин. Что осталось от некогда одного из самых престижных факультетов? Сколько там преподавателей? Почему не решается проблема создания условий для профессиональной деятельности и специализации преподавателей по спортивным играм, по гимнастике, по легкой атлетике… На встрече выпускников ФФК этой осенью многие были потрясены масштабами того, что разрушено и уничтожено путем постоянных безрассудных сокращений и «оптимизаций». Обидно за Ярыгина Геннадия Юрьевича, который был одним из самых ярких преподавателей ФФК (преподаватель по спортивным играм), которого не пригласили на встречу. И даже не вспомнили! Думаю, по одной причине… До момента увольнения он открыто высказывал все, что думает по поводу уничтожения ФФК, деятельности М.Н. Швецова и его помощников.

А что «сохранилось» от 30 сотрудников (включая совместителей), которые занимались подготовкой психологов на факультете ФПБЖ? Осталось три штатных преподавателя, которые читают «все и всем»… В настоящее время и эту кафедру также закрывают. В этом нет вины сотрудников. Это их трагедия и трагедия университета. Мне стыдно перед А.Г.Смирновым, который был основателем первой кафедры по подготовке психологов. От которого «избавились», указав на «пенсионный возраст», не посчитавшись с моим требованием оставить ему возможность продолжить работу и общение со студентами-психологами на ¼ ставки. Мне стыдно перед сотрудниками, которых всяческими неправдами увольняли на протяжении последних лет. Вслед за этим несколько сотрудников ушли из университета «по нравственным основаниям». Могу себя оправдать только тем, что обращался с предложением к коллегам выступить с коллективным протестом. Сомневались, боялись потерять рабочее место и отказывались. Теперь за это малодушие приходится платить всем!

Разрушение кафедр и факультетов в МарГУ это, безусловно, не единственный пример последствий замены «плохого ректора на лучшего». Таких примеров множество! В 2015 году 17 ноября был на ежегодной конференции памяти Л.С. Выготского в Институте психологии РГГУ, где проводил открытую лекцию-семинар. Мне на этой конференции атмосфера показалась странной: при доброжелательности и увлеченности во время заседаний и научных обсуждений, безысходность в обсуждении перспектив. Через год все прояснилось. Рекомендую почитать интервью, в котором отражены типичные формы и приемы уничтожения кафедр и факультетов в связи с коммерческими аппетитами и нежеланием ректоров-менеджеров считаться с профессионально более обоснованными мнениями сотрудников: https://www.novayagazeta.ru/articles/2016/09/23/69932-v-poiskah-ukradennogo-smysla. Вот еще подобный пример: http://unisolidarity.ru/?p=4621.

По такому же сценарию уничтожались условия для эффективной деятельности и на ФФК, и на ФПБЖ, и на многих других факультетах и кафедрах двух насильственно объединенных вузов. В таких условиях никакое развитие кафедр становится невозможным, поскольку наряду с постоянной угрозой увольнения, отсутствует преемственность в подготовке молодых преподавателей. Только по особому разрешению допускается привлечение выпускников к преподавательской деятельности, сотрудники вынуждены «конкурировать» друг с другом за рабочие места и проходят изощренный социальный отбор по лояльности и исполнительности, переставая замечать безнравственность и асоциальность происходящего.

 

Как «технологически» было организовано мое увольнение?

Был объявлен конкурс на замещение вакантной должности профессора по кафедре общей и прикладной психологии. Я представил все необходимые документы, прошел обсуждение и утверждение на кафедре. Накануне заседания Ученого совета, где реализуется избрание на должности профессоров, М.Н Швецов отбыл в командировку и дал поручение своим исполнителям из ближайшего окружения не проводить меня по конкурсу. Примерно за неделю до заседания Ученого совета МарГУ и за 30 минут до заседания совета Института педагогики и психологии меня пригласили «в кабинет» два неизвестных мне представителя ректората, которые от имени М.Н. Швецова настойчиво предложили написать заявление о том, что я отказываюсь принимать участие в конкурсе. На вопрос, о причинах такого предложения не смогли сформулировать ни одного основания, тем не менее, призывая меня «прислушаться и подписать, а не то будет хуже всем». Позднее мне подсказали, что приятная незнакомка – это один из новых проректоров И.П. Петрова, а незнакомец – новый сотрудник университета из «бывших следователей» (?). Я не стал уточнять. Конечно, я отказался писать такое заявление. Эти новые представители администрации вуза наверное даже не догадываются, что выслушивание подобных обращений – это уже само по себе унижение, в ответ на которое достойный сотрудник вправе им указать на дверь! В ответ на мой отказ эти уполномоченные представители ректората, сославшись на «новые положения о выборах профессоров», отменили процедуру рекомендации меня на должность коллективом Института педагогики и психологии МарГУ.

За день до заседания Ученого совета меня пригласил «в кабинет» О.А. Сидоров (тогда первый проректор) и еще раз попытался без всяких оснований вынудить меня написать такое заявление. На мой отказ с сожалением ответил примерно так: «Ваше решение избираться на должность, приведет к расколу коллектива».

Голосование проходило следующим образом: отчеты о научной и учебной деятельности не заслушивались, были перечислены кандидаты на все вакантные должности, после чего голосовали за весь список («а то до позднего вечера всем сидеть придется»)… Но когда раздали бюллетени, О.А. Сидоров публично назвал мою кандидатуру, а затем настойчиво напомнил и порекомендовал членам Ученого совета «прислушаться» к пожеланиям М.Н. Швецова и проголосовать «против». Совет исполнил пожелание. Не могу понять позиции тех членов Ученого совета, которые кулуарно говорили одно, а делали по прямому безнравственному указанию другое. Мне это голосование живо напомнило знаменитые эксперименты Стенли Милграма, показавшие, как легко по прямому указанию «авторитетного» лица 55-70% испытуемых из случайной выборки могут косвенно принимать участие в уничтожении людей, а также известные события в СССР и в Германии, которые разворачивались с 1936 года, когда профессора вузов проходили отбор по личной преданности и лояльности к руководителю, а также по готовности считаться с «правильностью навязываемых псевдонаучных рассуждений». Полагаю, что мои коллеги просто были, либо введены в заблуждение, либо обмануты. После этой процедуры я выступил перед уважаемым Ученым советом и напомнил, что так и не получил разъяснений, на каких основаниях меня «изгоняют» из университета. Мне показалось, что только тогда, уже после голосования, многие представители Ученого совета осознали, что произошло. После этого голосования я общался с некоторыми из участников голосования, которые сообщили (некоторые, боязливо оглядываясь и ссылаясь на то, что «здесь все прослушивается и снимается на видеокамеры»), что накануне поименно всем членам Ученого совета было дано строгое распоряжение голосовать «против». Поскольку проведение такой «процедуры предварительно фальсифицированного тайного голосования» я ничем подтвердить не могу, то можно рассматривать это, как мое желание приукрасить и интерпретировать сложившуюся ситуацию в свою пользу. Пусть это останется на совести организаторов такого голосования. В связи с этим, обращаюсь к коллегам без всякой иронии: кто готов подтвердить, что голосование было заранее подготовлено ректоратом, прошу со мной связаться. Буду благодарен

После увольнения я подготовил «открытое письмо» к сотрудникам, чтобы познакомить их с моим отчетом о научной и учебной деятельности, стал ждать приглашения к реализации образовательной деятельности по тем дисциплинам, которые остались «не закрытыми». После того, как приглашения не последовало, а разработанные мною дисциплины передали, вероятно, более профессионально подготовленным сотрудникам, я в сентябре разместил «открытое письмо» на «корпоративном портале» университета. Письмо было немедленно стерто, а доступ к дистанционному общению с коллегами мне был закрыт. После этого я опубликовал открытое обращение к сотрудникам университета на независимом сайте: http://netreforme.org/news/otkryitoe-obrashhenie-k-kollegam-byivshego-sotrudnika-mariyskogo-gosudarstvennogo-universiteta-malanova-sergeya-vladimirovicha/. Позднее это письмо опубликовали еще на одном сайте: http://7×7-journal.ru/post/88446#cm_622140. Там было много комментариев. Вызывает сожаление, что за комментариями нет имен. Тем не менее, благодарю всех анонимных читателей, как за негативные, так и за позитивные отзывы в мой адрес. Узнал много полезного о себе. Анонимные комментарии во многом послужили основанием для подготовки «второго открытого письма». Благодарю также всех, кто меня сегодня поддерживает. Это не только выпускники и коллеги из МарГУ, многие из которых продолжают работать, а многие по разным причинам уже не работают. Это также мои коллеги из Московских вузов, из Казани, Дубны, Ульяновка, Ижевска, Уфы…

 

Когда университет был более эффективен?

Безусловно, в те годы, когда мы готовили специалистов. В вузах подготовка специалистов уничтожалась путем принудительного перехода к подготовке «бакалавров»… И никакой свободы выбора, как некоторые чиновники это сейчас провозглашают, просто не было. С переходом на «псевдоболонскую систему» организация образовательной и научной деятельности в вузе стала переходить в плоскость имитаций и профанации. Это не значит, что плохо стали работать сотрудники. – Просто стало почти невозможно работать хорошо. Почему? Под лозунгами перехода к более «оптимальным» формам образовательной деятельности были реализованы странные процессы. Это замена ректоров и проректоров с опытом научной и преподавательской деятельности дилетантами-менеджерами, готовыми принести интересы развития вуза в жертву коммерческой деятельности и корыстным интересам. Это уничтожение большого количества нравственно здоровых коллективов на основе постепенного навязывания «двойной нравственности» и «корпоративной псевдоэтики». Это уничтожение традиций публичности в принятии и обсуждении важных решений. Это массовое увольнение сотрудников при постоянных угрозах увольнения оставшихся. Это лишение профессорско-преподавательского состава академических прав и свобод. Это разрушение учебных программ и учебных планов. Это уничтожение контроля по отношению к качеству подготовки выпускников и качеству образовательной деятельности. Это увеличение учебной и внеучебной нагрузки до объемов, когда сотрудник физически не может справиться с должностными обязанностями и с предъявляемыми со стороны менеджеров ожиданиями и требованиями. Перечисление можно продолжать.

Когда эти процессы были запущены в вузах страны, я, конечно, критично выступал на конференциях, пытался писать о негативных последствиях. Еще больше писали коллеги их разных вузов страны… Но кто у нас прислушивается к мнению научного сообщества?

http://netreforme.org/vuzi/k-voprosu-o-perspektivah-psihicheskogo-razvitiya-rebenka-v-usloviyah-sovremennoy-rossii/#more-6797

Кстати вот свежий пример «двойной (без)нравственности» в организации научной деятельности. Совсем недавно, когда от вузов потребовали публикаций в зарубежных научных журналах, в МарГУ со стороны ректората сотрудникам кафедр навязывалась процедура коллективного написания научной статьи, сбор денег с преподавателей за перевод и размещение в зарубежных базах цитирования. Это вымогательство соответствовало абсурдным критериям «псевдоэффективности», которые навязали вузам России чиновники бывшего министра образования и науки Д.В. Ливанова. Я тогда очень жестко заявил о своем негативном отношении к таким действиям администрации. А вот, что опубликовали на сайте Марийского государственного университета совсем недавно, уже после смены министра: https://marsu.ru/news.php?ELEMENT_ID=49925.

Можно задать риторический вопрос: коллеги, неужели безнравственность подобных форм организации научной деятельности со стороны ректората не была очевидной?!

 

По поводу перспектив развития Марийского государственного университета

Думаю, что в настоящее время правильно вести разговор об условиях, которые созданы в вузах России для деятельности преподавателей и профессоров с одной стороны, и для деятельности менеджеров, управляющих вузами – с другой. Если профессорско-преподавательский состав последовательно теряет академические права, социальную защищенность и перспективы для нормальной организации научной и образовательной деятельности, то управленцы-менеджеры получают все больше ничем не оправданных полномочий. В частности это наблюдается и в Марийском государственном университете. Например, М.Н. Швецов, не имевший никакого отношения к Марийскому государственному университету и назначенный на должность благодаря правительственным структурам РМЭ, за три года приобрел единоличное право принимать решения об увольнении сотрудников, основанием для которых является собственные капризы…

В настоящее время успешно решена задача по лишению сотрудников вузов всяческих перспектив и возможностей выстраивать собственное будущее, как в образовательной, так и научной деятельности… Все просто – отсутствуют внятные стратегические цели, которым подчиняется образовательная политика в России, отсутствуют внятные цели и в деятельности вузов. Только популизм и лозунги. Образование, на мой взгляд, должно служить не рейтингам и имиджу, которые приносят очень сомнительную пользу, и исключительно чиновникам. Образование должно служить гражданам страны. При этом угроза оказаться на улице выступает центральным средством для управления сотрудниками со стороны «малообразованных и недальновидных менеджеров», которые уничтожают последние условия для качественной образовательной деятельности… Думаю, что высшее образование России можно будет эффективно выстраивать с того момента, когда этой отраслью вновь будут руководить специалисты, имеющие многолетний опыт реализации образовательной и научной деятельности, а также имеющие на такой основе заслуженный нравственный авторитет в научном и образовательном сообществе… Очень надеюсь, что О.Ю. Васильева, новый министр образования и науки РФ, будет создавать условия для возвращения честности, открытости и нравственности в образовательные учреждения. Сейчас это первостепенная задача!

Я полагаю, что в настоящее время Марийский государственный университет – это достойный вуз с достойной историей, достойными преподавателями и недостойными руководителями. Вместе с тем, я жду приглашения от коллег к продолжению преподавательской и научной деятельности в вузе. Полагаю, что и М.Н. Швецову было бы правильно признать «собственную ошибку» и обратиться ко мне с предложением продолжить образовательную и научную деятельность в университете.

Важно помнить, что университет – это образовательное учреждение, которое призвано транслировать в череде поколений достойные образцы культуры и нравственности, современные научные знания, способы организации научной деятельности, современные технологии. У любого высшего учебного заведения может быть перспектива развития только в том случае, если главным критерием деятельности будет не удовлетворение спроса работодателей. Это функции профессионально-технических училищ и техникумов. И не оказание платных услуг на основе эксплуатации и без того загруженных сотрудников. И не «галочки» в рейтингах эффективности». И не организация «образовательных услуг» в форме красочного шоу. Вуз развивается на основе повышения культуры совместной образовательной и научно-исследовательской деятельности сотрудников и студентов, на основе межкафедральных и межфакультетских связей, а не на основе принципов социал-дарвинизма – конкуренции между сотрудниками, кафедрами, подразделениями в соответствие с придуманными критериями «псевдоэффективности». По сути, администрацией университета реализуется безнравственный принцип «divide et impera – разделяй и властвуй».

Как-то в ответ на введение в вузах страны очередных ФГОСов, новых ничем не обоснованных перечней «компетенций», а также соответствующих требований к сотрудникам вузов избавиться от всего, что было сделано в течение предыдущего года, в соответствие с предыдущими ФГОСами, у меня сложилось «ироничное обращение от лица наших успешных менеджеров в образовании»: «Уважаемые сотрудники! Мы будем продолжать вовлекать Вас во всевозможные проекты социальной лотереи, в которой будут разыгрывать Ваши судьбы – судьбы Наших дорогих сотрудников… При этом за собой мы оставляем право изменять и корректировать правила розыгрыша, а также право распределять призы. Очевидно, что количество проигравших будет постепенно увеличиваться, но это не Наши, а Ваши проблемы. Также очевидно, что результатом Нашей деятельности будет увеличение общей ценности разыгрываемых призов, по повышению которой можно будет судить об эффективности Наших решений…»

В настоящее время в Марийском государственном университете много здоровых коллективов, которые сохраняют традиции учебной и научной деятельности. Буду очень рад, если они смогут отстоять свою независимость от сокращений и переподчинения деятельности коммерческим интересам руководства.

 

Почему так много говорю о нравственности?

Потому, что это не только моя проблема. Это социальная проблема, о которой сегодня необходимо говорить постоянно. В вуз меня привели научные интересы, которые постепенно оказались связанными с разработкой теоретических основ отечественной психологии и анализом развития теоретического мышления у учащихся. В научной деятельности нельзя быть лжецом. Что под этим понимать? Это требует отдельного обсуждения. Я убежден, что психолог должен говорить правду. Такими были мои научные наставники и Учители. Прежде всего, это Ильясов Ислам Имранович и Алексей Алексеевич Леонтьев. Уроки научной и психологической честности я получал в общении со многими отечественными психологами. Запомнились суждения Владимира Петровича Зинченко в адрес психологов: «Сегодня в России психологи слишком часто занимаются не тем, чем призваны заниматься… всевозможные имиджмейкеры, харизмейкеры, которые на основе любой бытовой хари создают харизму». При этом мне представляется очевидным, что те формы организации образовательной деятельности, которые в настоящее время навязаны школам и вузам России, и методологически, и методически, и психологически строятся безграмотно. Строятся на основе обыденных, наивных представлений и, к сожалению зачастую корыстных интересов, за которыми нет ни анализа причин принимаемых решений, ни анализа последствий, ни прогнозов. И все это на фоне разрушения традиционных форм подготовки специалистов в вузах и традиционных форм организации учебного процесса в школах. Продолжать не буду: http://netreforme.org/category/authors/malanov/.

И еще по поводу нравственности. Сформулирую лишь два риторических вопроса:

Является ли для системы высшего образования России плагиат и подлог в научной деятельности образцом для подражания, на который будут ориентироваться студенты и молодые сотрудники вузов, выстраивая свой жизненный путь? Безусловно! Давайте обратимся к коллекциям «диссернета». Обратим также внимание на ректорский состав вузов, представленный на этом сайте: http://www.dissernet.org/expertise/acat_collection/. Это же нравственная катастрофа!

Является ли для системы высшего образования России нормой обращение студентов к дельцам, оказывающим платные услуги по подготовке и написанию курсовых и выпускных квалификационных работ? И даже по написанию диссертаций! Немного смешно, но фрагменты моих текстов широко используются барыгами от науки и образования для оказания студентам подобных сомнительных платных «псевдообразовательных услуг». Такая деятельность в стране признается законной? Даже если так, то она определенно безнравственна. Почему бы решением этих проблем не заняться правительству и, в конечном счете, прокуратуре?

Однажды был потрясен реакцией старшекурсников на мои негативные высказывания по поводу таких услуг и на предложение исследовать этот «рынок», а затем опубликовать «кто, где, как и за сколько»… Студенты такие «образовательные услуги» начинают воспринимать как норму и вполне законный вид деятельности. А в вузах России, тем временем, становится все больше псевдопреподавателей, которые готовы поддержать в этом студентов, формируется параллельная имитационная образовательная и псевдонаучная деятельность. В результате выпускник оказывается неспособен самостоятельно читать профессиональные тексты, анализировать их содержание, пользоваться письменной речью.

Кстати относительно высокая нравственность сотрудников вузов страны явилась препятствием к тому, чтобы вовремя и непредвзято взглянуть на относительно недавние решения правительства в образовательной политике. Для того чтобы просто представить, например в 2010 году возможность того, что будет реализовано в вузах страны к 2017 году, необходимо было исходить из предположения абсолютной безнравственности лиц, управляющих сферой образования. Такое невозможно было представить нравственно ориентированному профессиональному сообществу сотрудников вузов!

 

О работе в МОСИ

Я много лет работал в качестве преподавателя в МОСИ, который возглавлял М.Н. Швецов до назначения исполняющим обязанности ректора Марийского государственного университета. В связи с этим кто-то из анонимных комментаторов обвиняет меня в безнравственности. Те, у кого для этого имеются основания, безусловно, могут меня в этом обвинять. В России, как известно, «ни одно доброе дело не остается безнаказанным». Приглашали меня к сотрудничеству сначала Г.Н. Швецова (ныне министр образования и науки РМЭ), а позднее Н.М. Швецов (отец М.Н Швецова), возглавлявшие это учебное заведение. При этом первоначально в этом вузе учебный процесс был организован подобно тому, как он строился в те времена и в пединституте и в университете. В последние годы я стал активно отказываться от сотрудничества, поскольку учебный процесс подготовки психологов даже по фундаментальным предметным областям начал сводиться к чтению ограниченных по объему обзорных лекций, последующему, как правило, в течение ближайших 5-15 дней, тестированию и выставлению отметки студентам в отсутствие преподавателя. При этом преподаватель обязан «приемщикам экзаменов и зачетов» предоставлять постоянно увеличивающийся объем тестовых задач. Подобные формы организации учебной деятельности сейчас пытаются активно внедрять и в Марийском государственном университете. С того момента, когда некоторые студенты МОСИ начали требовать от меня не содержательного обзора предметной области и постановки задач по организации самостоятельной учебной деятельности, а проведения занятий по верному решению и «разгадыванию» тестов, я стал отказываться от сотрудничества.

Поскольку в моем хотя бы формальном участии было заинтересовано руководство, то меня активно приглашали и уговаривали заведующие кафедрами МОСИ. Дело в том, что для существования вуза в его профессорско-преподавательском составе должен быть определенный процент докторов наук по направлениям подготовки. При этом я настаивал на том, что буду сам принимать зачеты и экзамены. Например, при чтении последнего курса студентам дефектологам «Основы психолингвистики» мне это пообещали, но не исполнили. Кто оценивал их знания? Зато предложили поставить подписи за отметки в ведомостях возле фамилий студентов, у которых я никаких занятий не проводил! Интересно, что недавно в выступлении нынешнего ректора МОСИ Игоря Загайнова подобная организация образовательной деятельности была представлена как эффективный способ «борьбы с коррупцией» (https://7×7-journal.ru/item/90319). Другими словами, когда меня приглашали для проведения занятий со студентами, то исходили из презумпции моей потенциальной коррумпированности и склонности к вымогательству? А количество верно расставленных «галочек» в «закрытых» от преподавателя условиях – это решение всех проблем! Что выступает в качестве следствий подобной организации образовательной деятельности?

Лекции в МОСИ я всегда читал максимально честно и открыто. И всегда открыто указывал и студентам и сотрудникам на неадекватность подобной организации учебного процесса. Это я делал в последние годы и в МарГУ, указывая студентам, что все теперь зависит не столько от общения и взаимодействия с преподавателем, сколько от желания или не желания студента, а также наличия или отсутствия у него способностей что-то прочитать и овладеть умениями ориентироваться в соответствующей предметной области. Хочу также подчеркнуть, что и в МОСИ и в МарГУ по любой прочитанной дисциплине я всегда предоставлял студентам развернутые конспекты своих лекций, а также готов был отвечать на любые вопросы. Вот только содержательных вопросов у студентов, возникающих при самостоятельной работе с текстами, с каждым годом становится все меньше. К сожалению…

 

Коротко о научной деятельности

За последние пять лет ни один из моих студентов не имел возможности получить финансирование для участия в научных студенческих конференциях в вузах страны. В последние годы мои студенты на основании предоставленных тезисов и статей, где отражались результаты их научной деятельности, получали официальные приглашения для очного участия с докладами на студенческих научных конференциях. Например, ежегодно были приглашения на «Ломоносовские чтения» в МГУ. На просьбы к администрации оплатить проезд и проживание хотя бы на условиях самого скромного финансирования неизменно следовал отказ. Здесь хочу отметить, что некоторые факультеты находят возможность для поддержки и финансирования научной деятельности студентов. Как им это удается, для меня секрет. Возможно, что отказ в подобном финансировании – это характерная особенность деканата Института педагогики и психологии Марийского государственного университета?

Пять последних лет все мои поездки по стране с целью очного участия в научных конференциях и общения с коллегами из других вузов осуществлялись на полном самофинансировании. За последние годы ни одной копейки кафедра не получила на реализацию каких-либо форм или видов научной деятельности.

И кратко про аспирантов и аспирантуру. Те студенты, которые действительно могли заниматься наукой и имели мотивацию (в соответствие с моими критериями научного руководства) либо не имели возможности оплачивать обучение, либо в поисках работы уходили в такие виды деятельности, где занятия наукой становились субъективно бессмысленными, и научные интересы угасали. Приглашать на кафедру молодых сотрудников, на фоне непрерывных сокращений и увольнений штатных сотрудников, нам запретили. А те аспиранты, которыми мне было предложено руководить, и которые имели возможность оплатить «процесс обучения в аспирантуре», отличались тем, что не могли или не хотели прочитать даже первоначального набора текстов необходимых для построения исходных представлений о намеченном предмете исследования! К сожалению…

 

В заключение

Коллеги, я жду Вашего приглашения к продолжению сотрудничества. Думаю, что при прямой и честной постановке вопросов и открытом обсуждении проблем мы сможем сохранить высокий уровень научной и образовательной деятельности в Марийском государственном университете!

Коллеги, что будет происходить в МарГУ при сохранении нынешнего отношения к сотрудникам со стороны ректората? Какие следствия и прогнозы? Что будет происходить, если спустя 3-4 года будет организована беспристрастная процедура оценки качества подготовки выпускников в вузах России? Или это уже никогда не случится?

Буду сожалеть, если пример моего активного противостояния неправомерным действиям администрации Марийского государственного университета послужит не сплочению и объединению коллектива вокруг достойных сотрудников и реальной научно-образовательной деятельности, а росту страха, безразличия и смирения с произволом администрации.

 

С уважением

Маланов Сергей Владимирович, доктор психологических наук

1 комментарий

  1. Шабалин Ю:

    На правах древнего знакомства, скажу так: собирайся и уезжай оттуда прочь! Я в свое время это сделал — так крайне доволен. Сейчас будет возобновлена подготовка психологов по полной программе 5 лет обучения. Место для тебя найдется в любом вузе. Что до МарГУ, ну что сказать, пришел ему закономерный конец, если не поменяют ректора. А его не поменяют пока во главе РМЭ сидит нынешний презик. Ты не столь уж молод, что бы выжидать 10 лет, когда все вернется на круги своя.
    М еще один фактор, о котором кто-то забыл или просто не хочет знать: современная образовательная политика направлена на ликвидацию региональных вузов. Оставят только большие, многотысячные вузы на 20 и более тыс. студентов. Невписывающиеся просто закроют (сольют, ликиидируют и т.д.) Уцелеет ли при этом МарГу? Сомнительно, скорее всего его поглотит Волготех. И довольно скоро.
    Вообще-то я каждое лето бываю в Йошке, в этом году опять буду в июне — сынишку у меня будет ходить в клуб с английским языком. Мог бы и поискать, сударь, вообще-то.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *