Гражданская инициатива

За бесплатное образование и медицину

Разрушительный Болонский процесс

28.12.2013

Разрушительный Болонский процесс

25 декабря 2013

Сергей ЧЕРНЯХОВСКИЙ
доктор политических наук, профессор, действительный член Академии политической науки

25 декабря 2013

Все те странные нововведения, которые осуществляются в образовательной системе России, не объясняются ничем иным кроме требований Болонского процесса. Один за другим наши министры образования объявляют, что это нужно, потому что Россия присоединилась к Болонскому соглашению. И один за другим эти министры становятся самыми непопулярными чиновниками в стране. Хотя каждый предыдущий начинает казаться почти приличным на фоне последующего.

Опросы общественного мнения устойчиво показывают, что все большее число граждан дают негативную оценку нынешней системе российского образования. Потому что средний выпускник средней школы 1980-го года выглядит воспитанником Царскосельского лицея на фоне студента первого курса современного университета. Еще в 2008 году 23 % опрошенных граждан считали, что положение в области образования в стране улучшается (4 % – что «заметно улучшается», 19 % – что «несколько улучшается»). А сегодня только 9 % респондентов полагают, что образование улучшается (1 % – «заметно», 8 % – «несколько»). При этом 37 % считают, что оно ухудшается, хотя даже год назад таковых было лишь 32 %, а в 2008-м – 20 %.

Как и чем нынешний министр образования отчитывается перед президентом за выполнение поставленных задач в этой сфере, остается загадкой. Зачем нужно делать то, что вызывает раздражение общества, не дает никаких положительных результатов и даже дискредитирует власть – также остается загадкой. Ни один из министров образования с самого начала затеи с Болонским процессом не может объяснить, зачем Россия в нем участвует, и зачем он вообще нужен.

Максимум, что декларируется – это то, что благодаря участию в этом процессе дипломы, выданные в России, будут признаваться в других европейских странах. Хотя на самом деле у нужных там специалистов они признавались всегда. И во многих областях выпускники советских и российских вузов оказывались значительно квалифицированнее выпускников западных университетов. С этой точки зрения, если рассматривать подгонку системы образования в России под систему образования, предполагающуюся Болонским процессом, то это выглядит целенаправленной мерой по лишению наших специалистов изначальных конкурентных преимуществ перед западными специалистами.

Хотя и здесь остается непонятным, почему вообще признание российских вузовских дипломов на Западе должно быть значимо для России. Для нашей страны должно быть значимо, какие специалисты придут в сферу отечественного производства. Поскольку задача российских университетов – не поставлять рабочую силу в западную экономику и не способствовать трудоустройству тех, кто хочет уехать из России, а развивать свою родину. Люди, конечно, имеют на это право – никому не запрещено уезжать в другие страны и там получать то образование, которое поможет им там же трудоустроиться. Но кто может объяснить, почему Россия должна из средств своего бюджета готовить специалистов для западной экономки и по западным нормам?

Более того, сама Болонская система, рекламируемая как создание «единого европейского образовательного пространства», имеет очень мало общего с классической европейской образовательной моделью. И первыми, кто выступил с протестами против нее, были как раз старые европейские университеты. Эту систему назвали «болонской» по имени старейшего университета в Европе – Болонского. И именно он чуть ли не первым выступил против нее.

Дело в том, что классическая европейская система образования сложилась на основе старых классических университетов, обладавших уникальностью своих научных подходов и школ. То есть это была система разнообразия моделей, где каждый студент имел возможность выбирать ту, которая была ему более интересна. Собственно, поэтому после окончания одного университета человек мог закончить и другой.

Болонская система, претендуя на общеевропейскую универсальность, исходит из абсолютно противоположного подхода – унификации национальных образовательных школ. И это относится не только к требованиям унификации российских вузов, но и ко всем европейским национальным образовательным моделям. То есть, строго говоря, Болонская система – это система уничтожения классического европейского образования. Участие России в этой системе означает не ее включение в общеевропейские классические модели, а включение в систему демонтажа образования с неясными последствиями, результатами и целями. Вообще, официальной целью Болонского процесса считается «создание единого европейского пространства высшего образования». Кроме красиво звучащего названия, формально включающего позитивные ассоциации со словами «единство», «Европа», «образование», значимость подобного начала абсолютно не обоснована.

Целью Болонского процесса также считается «расширение доступа к высшему образованию». Но если это и является проблемой для европейских стран (им виднее), то доступ к нему в России уже, скорее, вредит российской экономике, превратившись в переизбыток представителей одних специальностей – экономистов и юристов, и дефицитность других – инженеров. В России доля обладающих высшим образованием выросла вдвое по сравнению с СССР, но зато их реальная квалифицированность после «болонских экспериментов» упала в разы.

Еще одна цель – «дальнейшее повышение качества и привлекательности европейского высшего образования». То есть, здесь признается, что они сегодня недостаточны. Это, конечно, печально. Но почему Россия должна заботиться о повышении привлекательности и качества европейского, а не своего, отечественного образования? Ведь если наша страна включается в международную конкуренцию, то она должна думать, прежде всего, о повышении конкурентоспособности своего образования в целях развития своей экономики, а не поддержания конкурентов.

Следующая цель – «расширение мобильности студентов и преподавателей». В нынешних условиях это означает только расширение отъезда за рубеж выпускников российских вузов, обученных за деньги российского бюджета. То есть расширение «утечки мозгов». В этом, конечно, есть и свои плюсы – пусть уезжают те, кто не любит свою страну. Но зачем перед их отъездом тратить деньги на их трудоустройство за границей? Лучше уж, хоть по российской, хоть по европейской методике учить тех, кто будет работать в России и во имя России.

Наконец, Болонский процесс имеет цель «обеспечить успешное трудоустройство выпускников вузов за счёт того, что все академические степени и другие квалификации должны быть ориентированы на рынок труда». Опять не понятно. Если стоит задача трудоустройства российских выпускников в России, то зачем это делать по унифицированной европейской методике? Если российских же выпускников, но в Европе, то зачем это нужно России? Ведь у нас сегодня недостаток квалифицированных специалистов, а не переизбыток. А если речь о трудоустройстве выпускников западноевропейских университетов в России, то это им нужно унифицироваться под российские условия рынка труда.

Кстати, что вообще означает положение «все академические степени и другие квалификации должны быть ориентированы на рынок труда»? Это же само по себе выглядит абсолютным бредом, потому что это явления разного уровня. Академическое ориентировано на фундаментальность и долгосрочность, рыночное – на конъюнктуру и краткосрочность. Переориентировать академическое на рыночное, если это и возможно, означает только одно – переделку «академического» в «рыночное».

То есть, по сути, речь идет об уничтожении академического, стратегического и долгосрочного начала во всех тех странах, которые присоединятся к Болонской системе. США, кстати, к ней не присоединяются. В худшем случае, это сознательное уничтожение возможных конкурентных преимуществ стран, которые периферийно присоединятся к Болонской системе. В лучшем – это атавистические остатки наивных надежд на общеевропейское процветание, утвердившихся вначале 90-х.

Болонская декларация была подписана в 1999 году – на фоне идиллической веры в конец истории, в то, что с падением Восточного блока мир пришел к «золотому веку», и осталось только всем «войти в Европу». Это было наивно и тогда, но теперь стало ясно, что Европа вползает в перманентный кризис: Евросоюз стремится к расширению, но не может расплатиться по долгам своих членов.

Если в этих условиях ЕС все еще хочет создавать «единое европейское образовательное пространство», то это его право. Но тогда и России нужно создавать либо «единое евразийское образовательное пространство», либо «единое постсоветское». Не стоит растворять образовательную систему страны в том, что для нее спорно и очень проблематично.

http://www.novopol.ru/-razrushitelnyiy-bolonskiy-protsess-text156222.html

Добавить комментарий