Гражданская инициатива

За бесплатное образование и медицину

Путин не понимает проблем высшего образования

21.05.2020

Источник: Гражданская инициатива за бесплатное образование

Автор: Сергей Кузбасский

Путин не понимает проблем высшего образования

Со смешанным чувством посмотрел выступление Путина по проблемам образования на совместном заседании президиума Госсовета и Совета по науке в феврале этого года. Вроде бы президент озабочен этими проблемами, стремится их решить, улучшить положение дел. Но, к сожалению, похоже, что глава государства не понимает сути проблем высшего образования. Президент говорил, что надо развивать вузы на местах, а не только в столицах. Слова правильные, хорошие, но что делается на практике? А на практике создаются крайне неблагоприятные условия для деятельности большинства вузов нашей страны.

Для решения проблем высшего образования нужно его хорошо финансировать. Однако с введением нормативно-подушевого финансирования в соответствии с законом № 83-ФЗ от 2010 года многие вузы испытывают трудности даже для осуществлении своих обычных функций. В отделе кадров моего вуза, например, нет средств на мультифоры для дел сотрудников. Приходится делиться с ними теми, что получены от студентов. Вот до чего дело дошло! Наивно полагать, что при таком уровне финансирования у нас будет высокий уровень образования. Сам норматив вычисляется совершенно ненаучно, без учета многих важных обстоятельств. Ясно, что сметный принцип финансирования гораздо адекватнее удовлетворяет реальные потребности образовательных организаций.

Нормативно-подушевое финансирование ведет также к тому, что отчислять неуспевающих студентов становится невыгодным. Поэтому администрация вузов давит на преподавателей, чтобы они завышали оценки, не ставили двоек. Ослушникам грозят карами. Не будешь «сохранять контингент» — не пройдешь по конкурсу. Результатом такой политики является снижение требовательности к учащимся и, соответственно, понижение качества образования.

Вообще упомянутый закон и нормативно-подушевое финансирование введены по идеологическим причинам. Идеология эта называется «рыночный фундаментализм». Рыночные фундаменталисты верят в то, что рыночный механизм это самый эффективный и справедливый способ организации любой сферы общественной деятельности. Вузы при этом рассматриваются как коммерческие предприятия, которые должны зарабатывать деньги. Отсюда и требование к преподавателям – завышать оценки, зарабатывать деньги на грантах и пр.  Но это же полное искажение цели и смысла высшего образования! Ясно, что если брать критерий зарабатывания денег, то лучше всего превратить любой вуз в торгово-развлекательный центр. Прибыльность резко возрастет. Давно известно, что в массовом образовании рынок терпит провал. Среди закрытых административным путем неэффективных вузов очень много коммерческих.  Зачем же проводить коммерциализацию государственных вузов, создавать квазирынок, который будет иметь такие же плачевные последствия? Где логика? Коммерциализация вредна для высшего образования.

Кроме того руководители вузов, в погоне за выполнением пунктов эффективного контракта обязывают рядовых преподавателей выдавать как можно больше статей в год и не только в РИНЦ, но и в других системах цитирования. Особенно ценится «Скопус». Но, чтобы в нем опубликовать статью, преподавателю нужно потратить сумму в размере его месячной зарплаты, если не больше. Преподаватели загоняются в угол: им надо не только вести неподъемную нагрузку, не только писать большое количество статей, но еще и платить за их публикацию. О качестве научной продукции в таких условиях говорить не приходится, многие научные журналы превращены в мусорные. И ради чего это все? Ради хороших цифр публикационной активности! Но это же не наука, а ее имитация! Не может преподаватель вуза выдавать столько же качественных публикаций, сколько ученый в НИИ. В силу своей большой учебной нагрузки.

Сама идея эффективного контракта тоже связана с идеологией рыночного фундаментализма. Предполагается, что преподаватель – ленивое существо, которое будет хорошо работать, только при наличии материального стимулирования. Надо его стимулировать. Но что же получается на практике? Эффективный контракт на деле работает против образования, против науки. Ибо в нем заложен, например, такой показатель, как успеваемость студентов. Не будешь ставить двойки – молодец, вот тебе премия. Или: чем больше публикаций, тем лучше. А качество уже не важно. Эффективный контракт стимулирует вал мусорных публикаций. Порочность эффективного контракта еще и в том, что он выделяет и стимулирует только некоторые стороны образовательной деятельности, а другими сторонами пренебрегает. Нарушается целостность образовательного процесса. Ректор заключает с министерством эффективный контракт, а потом заставляет своих подчиненных выполнять пункты этого контракта. Надо же оправдывать свою немаленькую зарплату.

Очень большая беда современного высшего образования – «компетентностный подход», который насильно в него внедряется. Небольшое рациональное зерно, которое в этом подходе содержится, погребено под совершенно нелепым его воплощением. Этот подход годится для узкопрофессиональной области, его же распространяют на все предметы, в том числе, и очень общего плана. В таком случае понятие «компетенции» расплывается и теряет свою определенность. Кроме того составители этих компетенций явно некомпетентны в содержании высшего образования. Например, УК во ФГОС3++ имеют весьма отдаленное отношение к изучаемому предмету. Это какой-то коучинг. Как можно доверять составление ФГОС непрофессионалам? Кроме того, знания все-таки должны стоять на первом месте. Компетенция без знаний – ничто, а знание без компетенции все же  – нечто.

Компетентностный подход закладывает дуализм в оценке деятельности студента. Как его аттестовать? Если оценивать по знаниям – это одно, а если по УК или ОПК – это совсем другое. Помнится, на одном совещании у проректора преподаватель по металлургии сказал, что он не может согласовать содержание своего курса с назначенной ему компетенцией. На что ему было сказано, что если курс не формирует компетенцию, то он не должен преподаваться! Для формирования специалиста курс необходим, а для компетентностного подхода он не нужен! Что за компетенции такие пошли? И компетентны ли те, кто продвигают такой компетентностный подход? Впрочем, на практике, дело ограничивается написанием РПД, в содержание которых искусственно вставляются пресловутые компетенции, чтобы при проверке можно было их показать проверяющим. Но все это отнимает у преподавателей много времени и сил, и создает ощущение участия в каком-то совершенно бесполезном и безумном деле.

Ну и, конечно, стоит упомянуть стремление перевести очное образование в формат дистанционного образования. В данном случае под флагом новаций прячется примитивное желание сэкономить на сфере образования. Ясно, что онлайн-образование на порядок уступает по качеству нормальному очному. Поэтому оно может выступать только как дополнение к очному, а не как его замена. В противном случае мы будем иметь не настоящее образование, а его имитацию.

Под надуманными предлогами несколько лет назад было сокращено порядка 40% преподавателей и увеличена нагрузка оставшимся. В результате педагоги работают на износ, что негативно сказывается на качестве обучения. В этом отношении уместна поговорка: «Скупой платит дважды». Положение преподавателя высшей школы резко ухудшилось. Мало того, что зарплата не высока, и чтобы достичь нужной квалификации надо потрать большое количество времени и сил, так еще и не дают заниматься любимым делом, заставляя приспосабливаться к дурацким выдумкам реформаторов образования. То, что сделали с аспирантурой – это вообще верх глупости. Поэтому кадровый кризис в этой сфере неизбежен. Ради чего молодой человек может связать себя с работой в сфере высшего образования? Есть ли плюсы у этого выбора? Благодаря реформаторам – никаких.

Все упомянутые проблемы созданы вредными реформами в образовании.  Суть реформ: сокращение, коммерциализация, профанация и имитация образования. Но это же противоречит национальным интересам России. Это не государственный подход.

Многие проблемы в образовании решатся, если просто убрать последние вредные новации. Достойная зарплата; уменьшение нагрузки преподавателя до посильной; уменьшение плана по публикациям по принципу: лучше меньше, да лучше; знаниевый подход вместо дискредитировавшего себя компетентностного; отмена нормативно-подушевого финансирования и возврат к сметному финансированию; отмена эффективного контракта. Безусловно, нужен отказ на государственном уровне от безоглядной коммерциализации образования. Вот те меры, которые могли бы восстановить нормальное состояние нашего высшего образования. И государственно мыслящей власти неизбежно придется сделать этот консервативный поворот в образовании.

Добавить комментарий